Как Майк Миллс стал режиссёром: два десятилетия поисков и внезапный успех
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
На прошлой неделе знаменитое издательство Criterion Collection выпустило сборник «Я напомню тебе всё: фильмы Майка Миллса» — набор из трёх последних работ режиссёра («Новички» 2010, «Женщины ХХ века» 2016, «Давай, давай» 2021) в новой цифровой реставрации с комментариями автора и всеми сопутствующими мелочами. Эти три крайне личные картины (например, «Новички» основаны на том, как отец Миллса совершил каминг-аут в 75 лет, а «Женщины ХХ века» — о взрослении будущего режиссёра под крылом матери-художницы), настолько крепко ассоциируются с его именем, что заслонили всю остальную биографию. Но внутри коробочного издания притаились малоизвестные короткометражки, музыкальные клипы, документалки и интервью, которые неожиданно рисуют совсем другой путь — от восточновильского выпускника арт-школы, собирающего пластинки, до человека, способного делать фильмы на стыке глубокой автобиографии и зрительских ожиданий. В интервью IndieWire Миллс поведал, как из нью-йоркского дизайнера и поклонника концептуалистов стал новым любимцем кинокритиков.
PEREC.RU
Майл Миллс, ставший известным благодаря «Новичкам» и «Женщинам XX века», зачастую воспринимается как автор откровенно личного кино. Но за фасадом автобиографии кроется куда более сложный путь: выпускник нью-йоркской арт-школы, графический дизайнер, автор клипов для Air и Sonic Youth, и только потом — режиссёр, переосмысляющий собственную многослойную жизнь через фильтры документалистики, новой волны и остроумного анализа банальностей быта. Сборник Criterion раскрыл миру работы, которые объясняют его профессиональную метаморфозу: от рефлексирующего дизайнерского скейта до режиссёрской зрелости. Миллс не боялся заигрывать с документальным стилем, смешивать условности, исследовать тему «родители и дети» настолько глубоко, что его признают главным портретистом эмоций начала XXI века. Такая коллекция даёт российским зрителям — и особенно поколению, выросшему на муз.клипов, артхаусе и терапевтическом пересказе травм — уникальный шанс взглянуть на то, как «Американская мечта» на самом деле состоит из семейных секретов, нарочито уютных интерьеров, боли утрат, попыток удержать прошлое и постоянно ускользающей подлинности. Подлинный подарок — без прикрас, без фильтров, где каждый зритель неожиданно видит себя.
