Ушёл голос «Поющих гитар»
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
14 сентября 2026 года на 81-м году жизни умер Евгений Александрович Броневицкий — музыкант, бас-гитарист, вокалист и один из основателей ВИА «Поющие гитары», первого в СССР вокально-инструментального ансамбля такого типа. Он был единственным участником, который стоял у истоков коллектива и оставался связан с ним на протяжении всей его истории.
Евгений Броневицкий родился 30 июня 1945 года в Ленинграде в семье морского офицера. Интерес к музыке появился у него в юности — во многом под влиянием старшего брата Александра Броневицкого, известного музыканта и руководителя ансамбля «Дружба». После школы Евгений поступил в институт, но завершить обучение не смог.
В 1966 году он вместе с группой ленинградских музыкантов стал одним из создателей нового коллектива, сформированного при Ленконцерте. Вскоре ансамбль получил название «Поющие гитары» и превратился в один из самых известных коллективов советской эстрады.
С первых выступлений Броневицкий совмещал роли вокалиста и бас-гитариста. Он поддерживал стремление исполнять современную музыку и ориентироваться на зарубежные образцы, в том числе на The Beatles. Для советской сцены того времени это было заметным шагом: «Поющие гитары» не просто сопровождали певцов, а сами исполняли песни, соединяя вокал с электрическим инструментарием.
Броневицкий участвовал в формировании стиля ансамбля и отстаивал музыку, рассчитанную прежде всего на молодую аудиторию. ВИА стали одним из символов советской эстрады, а их формат распространился по всей стране. С его именем связаны рок-баллады «Сумерки» и «Нет тебя прекрасней»: музыкант участвовал в их аранжировке и исполнял вокальные партии. Эти песни оставались в репертуаре «Поющих гитар» десятилетиями.
В 1975 году классический состав ансамбля распался. После этого около десяти лет Броневицкий работал бас-гитаристом в «Дружбе», которой руководил его брат. В 1989 году Эдита Пьеха пригласила его в свой коллектив; музыкант сотрудничал с певицей до 1998 года.
Весной 1997 года часть участников первого состава «Поющих гитар» решила воссоединиться. Броневицкий вновь стал бас-гитаристом и вокалистом ансамбля и оставался его старейшим участником. Он продолжал выступать и сохранял связь между музыкантами, стоявшими у истоков советского ВИА, и современной публикой.
О смерти артиста сообщили в социальных сетях «Поющих гитар». Коллектив назвал Броневицкого самым главным человеком в своей истории и поблагодарил его за многолетнюю работу. Он навсегда останется в истории отечественной эстрады как вокалист и бас-гитарист ансамбля, который помог сформировать целую музыкальную эпоху.
PEREC.RU
У некролога есть старая служебная задача: проводить человека и заодно заверить, что учреждение переживёт любую утрату. Здесь музыканта провожают бережно, но рядом уже выстроена витрина — коллектив, эпоха, история отечественной эстрады, куда имя аккуратно вмонтировано как несущая конструкция.
Фраза о «самом главном человеке» звучит почти как должность, которую присваивают посмертно. Так удобнее: личная жизнь помещается в несколько биографических строк, а организация получает символ, который теперь не возразит и не попросит убрать с афиши лишний пафос.
В этой истории есть редкая для шоу-бизнеса верность — не только песням, но и самому коллективу. Её хочется оставить человеческой, однако юбилейная оптика уже тянет её в сторону бренда: вот основатель, вот золотой репертуар, вот непрерывная связь поколений. Даже скорбь умеет работать на узнаваемость.
Самое занятное — как долго музыка живёт после смены составов, названий и вкусов публики. Это звучит убедительнее любых речей о «легенде»: песни не требуют, чтобы слушатель согласился с пресс-релизом, и не проверяют, помнит ли он состав ансамбля.
Но слово «эпоха» здесь тоже появляется не случайно. Оно превращает труд конкретного музыканта в удобный памятник сразу всему ВИА — жанру, который был одновременно искусством, культурной политикой и способом подать электрогитару публике без лишних вопросов.
Там, где в биографии есть брат, коллеги, певица и долгие возвращения на сцену, редакционная машина предпочитает ровную траекторию: истоки, успех, верность, наследие. Сложная жизнь плохо помещается на мемориальную табличку, а табличка не должна мешать проходу к кассе и следующему концерту.
Есть и тихая заслуга, которую не измерить количеством громких титулов: оставаться связующим звеном между людьми, когда общая история давно стала воспоминанием. Для публики это, возможно, важнее очередного слова «легендарный» — хотя слово, конечно, уже приготовлено и лежит наготове.
Редакция может позволить себе усмешку над ритуалом, но не над тем, кого провожают. Уход музыканта не нуждается в рекламном усилителе; достаточно того, что его голос и басовая партия ещё способны открыть дверь в чужую юность без посредничества официальной памяти.
После таких прощаний ансамбль обычно говорит о вечности — у него просто нет другого способа пережить тишину. А читателю остаётся проверить, что именно в этой вечности настоящее: вывеска, благодарственный пост или песни, которые продолжат звучать и без разрешения пресс-службы.
