Женский нарциссизм и «привидения» гормонов — мифы и реальность

Новое исследование, опубликованное в Journal of Research in Personality, поставило под сомнение представления о том, что женский нарциссизм напрямую связан с уровнем важного гормона — эстрадиола. Учёные выяснили: женщины, обладающие выраженными чертами нарциссизма, уверены, что у них высокие показатели эстрадиола. Но вот незадача — их кровь не подтвердила их фантазии. Связи между реальным гормональным уровнем и нарциссизмом найдено не было, хотя самооценка привлекательности у нарциссичных дам — хоть на обложку глянца.

Нарциссизм в психологии делят на две разновидности: грандиозный (самоуверенность, жажда восхищения и желание публичной славы) и уязвимый (обидчивость, неуверенность, склонность к самоизоляции). Мужские варианты грандиозного нарциссизма прочно связывали с тестостероном — гормоном, который отвечает и за агрессию, и за статус. Казалось бы, у женщин аналогичную роль играет эстрадиол — главный женский половой гормон. Он участвует в репродуктивных процессах и, по популярным теориям, влияет на уверенность в себе и конкурентность между женщинами.

Группа учёных из Варшавского университета решила выяснить: действительно ли у нарциссичных женщин выше эстрадиол? Для этого они провели два исследования — с участием 186 и 269 молодых женщин (примерно 22 года в среднем). В ход пошли строгие критерии: участницы не должны были принимать гормональные контрацептивы, у всех регулярный цикл.

В лаборатории дамы сдавали кровь на анализ гормонов в первые дни цикла, с утра, натощак, без алкоголя и физических нагрузок накануне. Затем проходили психологические тесты на нарциссизм и самооценку привлекательности, а заодно оценивали свои предполагаемые уровни эстрадиола («от очень низкого до очень высокого» в сравнении с другими).

Результат: ни в одной из двух работ не удалось вывести статистически значимой связи между фактическим уровнем эстрадиола в крови и нарциссизмом — ни грандиозным, ни уязвимым. Только модно считать себя неотразимой. Те, кто ставил себе высший балл по нарциссизму, так же щедро оценивали свою эстрадиольность и красоту. Получается, что у женщин с агентным нарциссизмом (тот самый напористый вариант) в самооценке научная фантазия сталкивается с медицинской реальностью: гормоны — не такие уж и весомые козыри.

Отмечен лишь слабый намёк на связь между уязвимым нарциссизмом и эстрадиолом в первой выборке, но во второй — тишина. В совокупности данных взаимосвязей не нашли вовсе.

Авторы предполагают: биологический механизм статуса отличается у мужчин и женщин. Если для мужчин гормон определяет доминантность, то для женщин всё сложнее: культурно женские нарциссические черты скорее считаются «мужскими», и потому не связаны с эстрадиолом напрямую.

Есть ограничения: гормоны мерили только на старте цикла (уровень эстрадиола низок), а максимум бывает ближе к овуляции — пик, когда гормональный фон ярче и индивидуальные различия заметнее. Возможно, только в этот период различия проявились бы отчётливо.

Наконец, психологи напоминают — нарциссизм может меняться на протяжении месяца вместе с гормональным фоном. В этом проекте подобная динамика не учтена.

В целом вывод очевиден: для женщин заявление «я особенная, потому что у меня особенные гормоны» — не более чем трюк для внутренней уверенности. Агентный нарциссизм питается верой в свою исключительность, а не лабораторными данными. Это важная коррекция теорий, механически переносящих мужские гормональные истории на женщин. Для будущих исследований авторы советуют не лениться и брать анализы несколько раз в месяц, а ещё посмотреть, как нарциссичные дамы реагируют на реальные ситуации конкуренции.

Авторы: Jeremiasz Górniak, Marcin Zajenkowski, Gilles E. Gignac, Oliwia Maciantowicz, Konrad S. Jankowski.